Как Иван Барков написал «Евгения Онегина»

Вы можете подумать, дорогие друзья, что я занимаюсь кликбейтом — но у меня есть доказательства, что так оно и было. И не одно — сами посмотрите.

Вот вам глас народа — статистика поисковых запросов:

Вот документальные подтверждения в формате .mp3 (странно, что нет пока версии, где читал бы автор):

И, разумеется, подтверждение от святая святых нашей эпохи — искусственного интеллекта:

Нашему классику было бы в высшей степени неудобно одобрять переделку Барковым «Евгения Онегина», поскольку первая глава романа в стихах была опубликована в 1825 году, а Барков скончался в 1768 году.

Но что было причиной такой ассоциации? Все очень просто (ИИ продолжает радовать нас своими откровениями):

«Жил примерно в то же время, что и Пушкин (хотя и значительно раньше)»… На этом предложении я немедленно вспомнил фразу из фильма: «Точно такой же миной, только побольше и другой».

Что до схожести судеб — это надо было догадаться. Удивительная схожесть, нечего сказать… Я, кстати, тоже так умею:

• «Удивительная схожесть судеб была у Венедикта Ерофеева и Льва Пушкина — смерть около пятидесяти и феноменальная память»
• «Чувство редкого единства вызывают биографии Петрония Арбитра и Аркадия Аверченко: они оба создали свой „Сатирикон“».
• «Не может быть простым совпадением, что Ларошфуко и Эдуард Лимонов скончались 17 марта — с разницей в 340 лет».

Шутки шутками, но даже просто быстрый взгляд позволяет датировать неподцензурную переделку «Онегина» никак не раньше начала XX века. Смотрим внимательно: в числе прочего только в первой главе используются слова и выражения, которых элементарно не было во времена Баркова:

• инфаркт (частотность по корпусу русского языка)
• прибалдеть (частотность)
• сберкнижка (частотность)
• хапать (в значении «воровать» — первое употребление в 1862 г.)
• загремел на десять лет (тут частотности нет — но и без нее понятно, что послереволюционные годы как минимум)

Там есть много других маркеров — но как иллюстрации достаточно и этого. Отмечается, что скорее всего это сочинение ~ 1960–70 гг. Каким бы фантастически долгожителем Барков ни был, он этого написать не мог (разве что повторил бы гомерический — и неподтвержденный — результат долголетия в духе старца Ли Цинъюня или йога Трайланга).

Тогда как получилось, что и эту переделку, и многое другое приписывают Баркову? Для этого, как я полагаю, есть три основных причины — разберем их в следующем посте.