Недавно я перечитывал второе послание апостола Павла к Коринфянам, и одна мысль зацепила меня надолго. Апостол пишет: «Если я огорчаю вас, то кто обрадует меня, как не тот, кто огорчен мною?» (2Кор. 2:1-2).
Звучит почти как логическая задачка, но за ней стоит простой и немного болезненный вопрос: если я расстроил человека, которого люблю, — от кого я теперь жду радости?
